Еврейские женщины в Красной армии

«Дрессировали нас без всяких скидок на женские особенности: форсированные 20-километровые ночные марши с пулеметом, ствол которого весит 10 килограммов, а станина с колесами – 16. Все это на себе, плюс шинель в скатку и прочие причиндалы».

Белла Цукерман

Командир пулеметного взвода, начальница медсанбата, переводчица

Белла Цукерман
Белла Цукерман

Белла Цукерман родилась в 1920 г. в Харькове. С середины 20-х годов до 1931 г. отец Беллы занимал пост вице-президента Амторга (акционерного общества, способствующего советско-американской торговле; основано в 1924 г.), поэтому детство Беллы прошло в Нью-Йорке, где она училась в школе и свободно овладела английским. В 1931 г. отец Беллы был отозван в Советский Союз и впоследствии арестован. Несмотря на тень, брошенную на ее семью после этого ареста, в 1939 г. Беллу приняли на исторический факультет Московского Государственного университета, где она проучилась вплоть до начала войны.

Еще будучи студенткой университета, Белла закончила школу военных медсестер, что было закономерно на фоне военной угрозы, о которой непрестанно говорили в Советском Союзе конца 30-х годов. Летом и осенью 1941 г. она работала медсестрой в Московском военном госпитале и несколько раз обращалась к властям с просьбой отправить ее на фронт. Она была уверена, что ее возьмут в армию медсестрой, а если нет, то связисткой. Белла очень удивилась, когда после призыва ее направили в пехотное училище в Рязани. В училище она решила быть пулеметчицей. Курс обучения длился одиннадцать месяцев. Цукерман вспоминала:

«Дрессировали нас без всяких скидок на женские особенности: форсированные 20-километровые ночные марши с пулеметом, ствол которого весит 10 килограммов, а станина с колесами – 16. Все это на себе, плюс шинель в скатку и прочие причиндалы».

После окончания пехотного училища Белла Цукерман была направлена в женскую пулеметную бригаду в район Подмосковья. Позже ее перевели на службу в обычный стрелковый полк на должность командира пулеметного взвода. Вскоре после этого Белла была ранена, и после выписки из госпиталя ее назначили на должность начальницы медсанбата, в служебном составе которого были одни женщины.

В последующие два года Белла зачастую помогала медицинскому персоналу, так как его катастрофически не хватало. С медсанбатом она прошла Прибалтику, Польшу, Пруссию. Количество раненых было огромно. В августе-сентябре 1944 г., находясь в Эстонии, Белла принимала участие в бою. Она вспоминала:

«Когда мы стояли в Тарту, занимая бывший туберкулезный санаторий, пришла телефонограмма: санаторий окружают немцы. Нужно было организовать круговую оборону. Этим делом я занималась впервые, тряслась от страха, но установила точки обстрела, и два дня мы отбивались под стоны раненых».

В мае 1945 г. благодаря знанию английского Белла была направлена на север Германии, в Бойценбург, город на границе советской и британской оккупационных зон. Белла выполняла обязанности переводчика на переговорах между Советским Союзом и Британией. В ходе переговоров британские союзники уступили требованию советской стороны выдать советских военнопленных, освобожденных британскими войсками из немецких лагерей. Позднее Цукерман служила переводчиком в Межсоюзнической комендатуре, коллективном органе управления оккупированным Берлином. Она вспоминала, что когда генерал Эйзенхауэр заканчивал службу осенью 1945 г., в честь этого был организован прощальный бал, где сам Эйзенхауэр пригласил ее танцевать («Я была там единственной женщиной в военной форме»), а также похвалил ее английский язык.