Восточная Европа

Свидетельства, письма, дневники

Из свидетельства Беллы Бровер, Польша

Русские вошли - мы были в таком состоянии, что никто не двигался, никто не вышел. Мы не смеялись, не радовались, мы были равнодушны… Читать

Из свидетельства Иосифа Говрина, Румыния

Освобождение длилось где-то два-три дня... День победы, 9-го мая, мы встретили в Черновцах. Я был болен, видимо, из-за недостатка витаминов и кальция, и провел в постели примерно шесть недель. Меня пытались лечить, но я был очень слаб. Однако в день победы я собрал все свои силы и вышел на улицу... Читать

Из письма Вениамина Галюза, Польша

Недавно мы заняли наблюдательный пункт на чердаке одного дома, в польском городке, который мы недавно освободили. И вот на этом чердаке я нашел много еврейских книг, которые как будто бы также плачут по своим хозяевам… Читать

Из архива Варшавского гетто д-ра Имануила Рингенблюма, Польша

По вопросу молитв: сотни тайных «миньянов» по всей Варшаве совершают молитвы, как полагается, не упуская ни единой строки даже самого сложного текста. Есть и пророки, и рассказчики. Все соответствует еврейским обычаям старины. Там, где нет доносчиков, враг ни о чем не догадывается. Читать

Из дневника Адама Чернякова, главы юденрата, Варшава, Польша

Нам было объявлено, что все евреи, вне зависимости от их возраста и пола, за некоторыми исключениями, должны быть отправлены на восток. Сегодня к 4 часам следовало обеспечить шесть тысяч душ. И так (по крайней мере) будет происходить ежедневно... Читать

Тадеуш Панькевич, Краков, Польша

Гестаповцы решают на месте, кто останется в гетто, кто – нет. Те, кто не получил разрешения остаться, спрашивают с ужасом: «Куда нас повезут?», «Что с нами сделают?», «Разрешат ли взять что-нибудь с собой?». Утешают друг друга. Никто не верит в действительную близость конца. Никому не пришла в голову мысль ни о газовых камерах, ни о крематориях. Распространяется слух, что всех вывезут на Украину, разместят в открытых лагерях, заставят работать в сельском хозяйстве. Читать

Из письма майора медицинской службы Шеремета, Молдавия

Сейчас я – солдат, я защищал Ленинград и воевал за Харьков, форсировал Днепр и дрался за Днестр. Я побывал в родном местечке. Горе, великое горе! Вместо жителей я нашел яму возле железнодорожной насыпи, где расстреляно и живьем закопано 1.700 человек… Читать

Из свидетельства Мирьям Вейхзельфиш (Польша) о послевоенной нелегальной иммиграции в Палестину

Всем нам было ясно, что в Польше для нас места нет. Везде лилась кровь евреев. Мы нашли способ покинуть Польшу и бежать в Чехословакию. Мы собрались в спешке; мы взяли дочерей, которые были еще в пеленках, а в полночь появился мой муж; он отрастил бороду, чтобы его не узнали... Читать